Изгони рабу и сына её

От редакции.

Предлагаем вашему вниманию не совсем обычную статью. Скорее всего это и не статья и не проповедь (автор пожелал остаться в тени), но более похожа на упражнение в толковании образов Писания.

Чтобы толковать, нужно правильно понимать, а здесь не обойтись без систематических исследований и постоянных упражнений. Не сразу получается гладко и безукоризненно, но не нужно бояться ошибок. Апостол Павел предлагает: «Ибо все один за другим можете пророчествовать, чтобы всем поучаться и всем получать утешение» (1Кор. 14:31). Без всякого сомнения, автор, работая над этим материалом, имел возможность поучаться излагать толкование Писания, а читающие могут получить немалое утешение, если их точка зрения совпадает, или будут близки к пониманию автора. Если нет, то всё равно польза будет в том, что читающие смогут развивать чувство критического анализа, что необходимо для развития чувства здоровой библейской критики, или для упражнения дара распознавания, как духов, так и намерений сердечных.

«Изгони рабу и сына её»

или взгляд на пробуждение

(Упражнение по эклезеалогии и экзегетике)

Ожидая пробуждения, мы надеемся, что Господь возьмет нас из того состояния, в котором мы находимся, и перенесёт в другое, из нищеты — в изобилие, из немощи в силу, из бесславия в славу.

В Евангелии написано: «Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет» (Ин. 10:9). В первой части этого стиха: «Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется…» Господь предлагает войти. Но куда? Он говорит: «…кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит инде, тот вор и разбойник» (Ин. 10:1). Всякий, принимающий Иисуса Христа, спасается и входит во двор овчий. Вошедший уже не принадлежит миру, он отделен для Господа. Все те, кто во дворе, принадлежат хозяину, двор ограждает их от воров, от хищных зверей. Но как долго овцы должны находиться во дворе? Может ли двор быть пожизненным местопребыванием для овец? Двор охраняет, но это не пажить, и, если находиться там долго, можно высохнуть и сделаться безжизненной мумией. Двор предназначен для новорожденных. Ягнят не отправляют на пажити, они ещё не умеют есть траву, их содержат во дворе. Так же поступают и с больными, которые настолько слабы, что их могут поклевать хищные птицы, унести звери.

Двор — это ограда закона. Многие пастыри, стараясь сохранить стадо от расхищения и пропажи, плотно закрыли дверь, отделившись от мира. Такой овчий двор может превратиться в «затвор», подобие гетто с местными понятиями и вкусами, стать ареной борьбы за место, или влияние, амбициозных притязаний и всякого рода взаимных претензий. Агнцы же, родившиеся во дворе, став отроками и рассматривая мир в какую-нибудь щель или пролом в ограде, захотят узнать, что находится за оградой этого гетто.

Бывает и так, что внешне все выглядит очень устроенным, но какой ценой! Один пастырь рассказывал, что в его церкви царил идеальный порядок и дисциплина, но однажды Бог ему открыл, что это идеальный порядок концлагеря. Кальвин старался из города Женева, в котором жили простые весёлые люди, сделать город-церковь. Но его опыт оказался плачевным. Сам он, работая до изнеможения, отдыхая по 3-4 часа в сутки, дошел до полного истощения и преждевременной смерти, а порядка смог добиться при помощи огромной армии наушников и доносчиков, штрафами и наказаниями. Скоро в этом городе исчезла всякая радость, умолкло пение, прекратилась жизнь, потому что во дворе овчем нет пажитей и в рамках закона нет жизни. Слова же Христа: «Я есмь дверь» предполагают движение: дверь одна и во двор, и со двора, и через эту дверь нужно не только войти, но и выйти.

Пройти дважды узкое место: «и войдет, и выйдет, и пажить найдет». Господь, выводя Израиль из Египта, не планировал оставить его в пустыне навсегда. Он вывел их, чтобы ввести. По пустыне ведет законодатель Моисей, из пустыни выводит освободитель Иисус Навин. Закон же не может ввести в землю обетованную. «Ибо если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона» (Гал. 3:21). Моисей мог вывести, но не смог ввести, так как пустыня и Моисей — это образы овчего двора, жизни нашего природного человека, огражденного законом, из которого мы должны выйти в землю обетованную, на пажити, в жизнь по духу.

Но если кто-то думает, что, покинув ограду закона, он будет свободен и автоматически окажется под благодатью, то такой человек глубоко заблуждается. Автоматически мы можем оказаться только под властью своей ветхой природы и мира. Это можно увидеть на примерах многих либеральных церквей. Где же тот путь, который предлагает Евангелие? Почему между Египтом и землёй обетованной лежит пустыня, почему не сразу земля обетованная?

Приняв Христа, мы входим во двор, под охрану закона. «Кто войдет Мною, тот спасётся». Египет со своим войском потоплен в водах Чермного моря, воспета песнь победы, мы во дворе! Но что же дальше?

Жизнь во дворе за оградой закона — это жизнь с пустым однообразным пейзажем и однообразной пищей и с ностальгией по Египту, по его луку и чесноку: «Всё манна и манна в глазах наших». Для младенческого возраста эта пища подходит, но если кто-то задерживается в этом положении, он приходит в плотское состояние. Апостол Павел не скрывает своей боли и скорби, когда, обращаясь к Коринфской церкви, говорит: «И я не мог говорить с вами, братия, как с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе. Я питал вас молоком, а не твердою пищею, ибо вы были еще не в силах, да и теперь не в силах, потому что вы ещё плотские» (1Кор. 3:1-3). Пользуясь этими же образами в Послании к евреям, он пишет: «Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец; твердая же пища свойственна совершенным» (Евр. 5:13-14). И еще: «Посему, оставив начатки учения Христова, поспешим к совершенству» (Евр. 6:1).

Поспешить к совершенству — это не просто пожелание, но требовательный призыв Божий к Его народу выйти, как вышел Израиль, но уже не из Египта, а из пустыни своего природного человека, чтобы войти в землю обетованную, где бы у него и пища сменилась с младенческой манны — на твёрдую, предназначенную для совершенных. Заметьте, что одна пища была в Египте, другая — в пустыне и третья, совершенно отличная от прежней, — в земле обетованной. Три рода пищи.

Но чтобы войти в землю обетованную, Израиль прошёл через два узких места и оба раза посуху, что является, как уже говорилось, прообразом заместительной смерти Иисуса Христа. Воды Чермного моря символизируют освобождение от мира и плотских грехов, воды Иордана — освобождение от природного человека. В Иордане были погребены двенадцать камней, взятых с берега пустыни и опущенных на его дно, а двенадцать других камней были взяты со дна и перенесены на другой берег, в землю обетованную. Это образ Израиля, его двенадцати колен, умерших и воскресших для новой жизни во Христе. Но как эти образы должны осуществиться в нас практически?

Те, кто шли по пустыне, прошли школу неудач и отчаяния, исчерпали себя и обнаружили свою несостоятельность, они пережили кризис, в котором рождается вопль, подобный воплю Апостола Павла: «Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?» Было время, когда я и мое тело смерти, т.е. мой природный, ветхий человек, были всеми своими жизненными функциями соединены воедино, как сиамские близнецы.

Но вопль «бедный я человек!» показывает, что теперь «я» и «тело смерти» уже разделены. «Ветхий человек» — это уже не «я», и оно — это тело со страстями и похотями, — мне очень мешает, причиняет страдания, заставляет вопиять: «Кто меня избавит от сего тела смерти?»

Функция пустыни и цель закона, как детоводителя ко Христу, в том и состоит, чтобы обнаружить в нас это тело смерти и родить вопль об избавлении. Мы переживали кризис, когда выходили из мира: мы были бессильны избавиться от своих грехов и получили прощение даром, по благодати. Так и в процессе освящения тоже нужно пройти пустыню, чтобы убедиться, что в деле избавления от нашей ветхой природы мы также абсолютно бессильны. «И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать» (Ин. 1:16). Освобождение от ветхого человека, от тела смерти происходит также по благодати, также через заместительную жертву, мы вновь проходим посуху, на этот раз — через воды Иордана. И вторично избавление приходит не от нас, и вопль отчаяния сменяется благодарностью: «Благодарю Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим» (Рим. 7:25).

Христос не пришел поставить заплатки на ветхую нашу одежду. Он действительно творит все новое! Когда, убедившись в полной нашей неспособности освятить себя, поняв, что сами мы не умеем ни шагу ступить, ни слова молвить, как должно, мы перестаём пользоваться нашим ветхим человеком, тяжесть и опору в своём уповании переносим на Господа, тогда начинает действовать другой закон — закон Духа жизни. Закон же, который назван законом смерти, данный для плоти, оказывается ненужным, так как плоть приведена в бездействие, то есть упразднена. «Итак, нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу, потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти» (Рим. 8:1).

В Послании к галатам Апостол Павел подводит нас к решительному действию: «Изгони рабу и сына её!» (Гал. 4:30). Рабыня — это египтянка, образ нашей ветхой природы, а сын её — это закон. Невозможно изгнать сына, то есть освободиться от закона, не освободившись от природного человека, от рабыни. Если мы так захотим поступить, то скоро станем не просто грешниками, какими были в мире, но преступниками, знающими, но не исполняющими закон, по причине полной неспособности его исполнить. Но Слово Божие говорит: «Изгони рабу и сына её!» Изгнать — это не мирно расстаться, это отношения, доведённые до накала, до кризиса. Рабыня и сын её изгоняются одновременно, потому что закон действует при жизни рабыни, и наши плотские усилия сделать себя лучше продлевают пребывание этой рабыни в доме нашем, а значит и надобность закона.

«Поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти» (Гал. 5:16). Поступать по духу — значит зависеть от Духа и полагаться на Него: «И вы не будете исполнять вожделений плоти». Когда плоть не употребляется, она остается без плода. Но дьявол любит извращать истину и превращать её в ложь, говоря: «Старайся не исполнять вожделений плоти, и тогда будешь поступать по Духу». Христос устраняется, а плоть старается избавиться от своих вожделений. Нет зрелища более отвратительного и жалкого, чем попытки плоти стать святой. Такая битва заведомо проиграна. В повелении «поступайте по духу» инициатива принадлежит Духу. «И вы не будете исполнять вожделений плоти», вы будете праздновать победу, одержанную Христом, — наслаждаться покоем на другой стороне Иордана, покоиться на злачных пажитях.

В завершение этой мысли обратимся к обетованиям из книги пророка Исаии: «Там у нас великий Господь будет вместо рек, вместо широких каналов; туда не войдет ни одно весельное судно (не образ ли это наших усилий и пота?), и не пройдет большой корабль (не символ ли это нашего могущества и гордого величия?). Ибо Господь — судия наш, Господь — законодатель наш, Господь — царь наш; Он спасет нас. Ослабли веревки твои, не могут удержать мачты и натянуть паруса (не говорит ли это о полной тщете человеческих усилий?). Тогда будет большой раздел добычи, так что и хромые пойдут на грабеж. И ни один из жителей не скажет: “я болен”» (Ис. 33:21-24).

Когда ты немощен, тогда Бог силен в тебе. Бог употребляет самого ничтожного и слабого тогда, когда он признает себя таковым. Не делать самому, а предоставить себя Господу, чтобы Он действовал в нас. Вот путь, которым Господь ведет нас к тому, чтобы Он мог действовать через нас. А это и есть пробуждение.

Н. К.